CHELport.RU - «Плетёный человек» в Челябинске.

Ну, может быть, каждой тетрадке в отдельности можно поставить госоценку, но публика же – не учительница, чтобы всю стопку проверять. И зачем писать соавтором сценария Энтони Шеффера, чей первый «Плетеный человек», в общем, хвалят, если он умер пять лет назад? Может, мы просто не догадались, что мы все уже умерли, и поэтому больше нам не положено ни связок, ни развязок, ни логических загадок, никаких поворотов сюжета и правил игры? Может, игра окончена, и режиссер Нил ЛаБут именно на это нам столь неделикатно намекает? А может, он просто недавно развёлся и отсюда забабахал в языческую историю какой-то левый матриархат.

В общем, такой стильной, даже изысканной, такой суперзвёздной и многозначительной полной ерунды что-то давненько не было. Один список артистов чего стоит: Эллен Берстин, Николас Кейдж, Лили Собески, Молли Паркер, Джеймс Франко. Но Кейджа зачем-то передержали в парикмахерской в черной краске, и волосы у него, а также ресницы и брови – как у Ширвиндта и у Рейгана, только ещё до пенсии. Выглядит дико, как и разрисованное лицо Берстин, одетой в «языческий» балахон и в целом напоминающей домашние шарады из подручных материалов, популярные на дачах в конце XIX столетия. Между тем, речь идет о сегодняшней Америке, о частном острове Саммерсайл у тихоокеанского побережья, и природа на этом острове выглядит вполне пристойно. Очень красивое оранжевое море, очень естественные кусты, деревья, трава и дачные домики среди них, и пожить там – одно удовольствие. И флэшбэки в двойной черно-белой экспозиции, цветные сны с покойниками – тоже стиль, даже опережающий «Таинственный лес» Шьямалана с аналогичной тематикой. Но опять же, как Кейдж ухитрился, вынырнув из затопленного подвала в штанах от хорошего костюма, в следующий же кадр входить в сухих отглаженных штанах от того же костюма? Только пара пятен на рубашке – это как?

Ощущение дикости не покидает не только от визуальных нестыковок прекрасной съемки (оператор Пол Саросси) с ужасной режиссурой, но и от той «игры», в которую нас втягивает смерть. До сих пор всегда казалось, что по любому поводу ходить с открытым ртом – удел лишь плохих актрис типа Скарлетт Йоханссон и Кейры Найтли. Каково же удивление, когда Кейдж – с открытым ртом все полтора часа «Плетеного человека». С каких пор он стал актрисой? Или это опять антифеминистские мотивы? Действительно, более пугающего матриархатом, как атомной войной, фильма тоже давненько не было. Я бы сам с удовольствием врезал Дайэн Дилэйно (сестра Бич), когда она шкуру не отдавала, а главную героиню Кейт Бихэн (сестра Уиллоу) удавил бы при первом же намёке, что она собралась на сцену. Ей – это жестоко, но правда – место в лучшем случае в кунсткамере: огромные бессмысленные глаза, выпяченные жабьи губы, мимика зомби, полная безнадёга. Но ведь, чтобы ЛаБуту так ненавидеть женщин, должен быть повод в самом кино, в сюжете (помимо его предполагаемых разводов или столь же предполагаемой сексуальной ориентации). А повода нет.

Вы вот ждёте, что я вам действие перескажу, а нечего пересказывать. Полицай на дороге попал в странную аварию со взрывом и пожаром, очнулся – гипс и непонятки, и тут вдруг письмо пришло от бывшей суженой: мол, я на острове Саммерсайл живу в коммуне с дочкой, но дочка исчезла, хотя плыть отсюда некуда. Уже доисторическим каллиграфическим почерком письмо вызывает вопросы, а если учесть, как бывшая невеста, давным-давно сбежавшая перед свадьбой, попала на частный остров на другом конце Америки и от кого родила, и почему не обратилась в полицию, когда Кейдж вообще, демонстративно в неё не влюблён, и у него проблемы с бюллетенем, вопросов до Нового года хватит. Тем не менее, этот взрослый дяденька едет без разведки черт-те куда, даже не заглядывает в местный полицейский участок, хотя ему видения по дороге виделись, и в пресловутом хорошем чёрном костюме в одиночку с каким-то старым хреном прилетает на авиетке к волку в пасть. На острове все косят под XIX век (как в «Таинственном лесе» и «2001 Маньяке»), называют друг друга «сестрами», мужики у них все безъязыкие, а молодухи – беременные, по невесте вообще плачет ближайший травмопункт, и мобила не работает. Но когда вы увидите конец, сразу понятно: это вам не XIX век, просто кому-то захотелось, чтобы так было. Ну, захотелось, и все тут. XXI век у нас такой, и дяденька современный, и, значит, продолжает. ОН ИЩЕТ ДОЧКУ. Разве не про это писалась американская Конституция.

Невеста часто повторяла: «Не верь никому, кроме меня, они все тебя обманывают, хотя неизвестно, как». Вслед за ней можно повторить то же самое про фильм, обманывающий нещадно. Но с небольшим изменением: «Известно, как». Чем больше американские мультики становятся похожи на живое кино, тем больше живое кино у них похоже на мультик – пофазную съемку движения, где суть – сама фаза, а чем они связаны и что за ними стоит, спрашивать не полагается. Там, видимо, есть какой-то самоучитель, как «делать страшно», а как – «ещё страшнее», «как делать кино и выигрывать в домино», и они его просто экранизируют.